Биография
Не будем спорить с устоявшимся мнением, что нет в мире ничего более полярного, чем эстрада и классическо-оперные деликатесы, о которых в обществе «настоящих ценителей музыки» принято говорить исключительно с придыханием. И то правда – деликатес, он деликатес и есть, угощение не для серой и невежественной толпы (ей оставим Рики Мартина с Мадонной), а для немногих избранных. Но, как известно еще со школьной скамьи, все крайности и противоположности когда-нибудь сходятся. И там, в уютном пограничном уголке, где эстрада сходится с классикой, живет сладкоголосая леди по имени Сара Брайтмэн.
Живет, правда, не в одиночестве. Охотников запрягать в сани коммерческой звукозаписи «коня и трепетную лань» одновременно сегодня предостаточно – от вовремя удалившегося с оперной сцены Паваротти до новомодной Эммы Шаплин. Но Сара, божественная, непревзойденная Кристина из «Призрака оперы», очаровательная мяукалка из Cats и так далее и тому подобное – была все-таки первой. Первой, на ком обломали свои остро отточенные зубки музыкальные критики. Что это за явление такое? И в какую, собственно, графу его все-таки относить? Ответ на этот эпохальный вопрос не получен и сегодня. В Японии Брайтмэн числится классической оперной певицей, в Англии ее боготворят, как звезду мюзиклов, ну а в Америке она – бесспорная поп-стар. Тяжкая это наука – классификация. В 13 лет она впервые вышла на подмостки лондонского Piccadilly Theatre, чтобы принять участие в «массовке» спектакля «Я и Альберт». Но это была лишь первая проба сил, и во владениях Мельпомены Сара пробыла недолго. Через три года она впервые появляется на телеэкране – ее ножки вы можете с большим трудом отыскать на заднем плане модного телесериала Pan's People, еще через год входит в состав девичьей группы Hot Gossip.
И лишь в 1978 году фанфары музыкальной критики возвестили миру о рождении новой певицы – сингл I Lost My Heart To A Starship Trooper впервые явил миру достоинства голоса Сары, заслуженно став на первое место в британском хит-параде. А еще через два года вернувшаяся на театральную сцену Сара встретила человека, которому было суждено возвести ее на вершины славы. Речь шла, конечно же, об Эндрю Ллойде Уэббере, композиторе, подарившем миру Jesus Christ Superstar и добрый десяток мюзиклов калибром поменьше. Именно тогда, в 1980 году, маэстро готовился представить почтеннейшей публике свое новое творение, повествующее о жизни представителей семейства кошачьих. На роль милашки Джемаймы в Cats хрупкая и высокоголосая Сара подходила просто идеально, и удовлетворенный прослушиванием мистер Уэббер не только подарил Саре лакомую роль, но и через несколько лет предложил ей руку и сердце. Но это случится позже, в 1984 году, а пока. Грандиозный успех Cats был запрограммирован – правда, и сам автор не ожидал, что его творение будет идти на бродвейских подмостках еще целых 19 лет (последнее представление Cats состоялось летом 2000 года). А фантастическая Memories, трогательно промяуканная Сарой, тут же превратила юную певицу в суперзвезду. И пусть через несколько лет, чуть дрожащий голос Сары померкнет перед мощным вокалом Барбры Стрейзанд, сделавшей Memories одним из своих главных хитов – звезда юной примы уже взошла.
В 1982 году она впервые вышла на сцену в качестве исполнительницы главной роли – в детской опере The Nightingale на фестивале в Бакстоне. Однако к тому времени Сара поняла, что ее голос, вполне достаточный для поп-звезды, для исполнительницы оперных арий все-таки слабоват. И для ликвидации этого досадного дефекта Сара отправляется на учебу в Королевском Колледже Музыкального искусства, взяв, для подстраховки, еще и частного репетитора. И лишь через три года, уже став мисс Уэббер, она вернулась на сцену. Вернулась, чтобы сразу же потрясти воображение меломанов арии в уэбберовском мюзикле «Реквием», которая принесла ей «Грэмми» как «лучшему новому исполнителю классической музыки». А через год над миром впервые прозвучала знаменитая ария «Призрак Оперы» из одноименного мюзикла, которой суждено было стать визитной карточкой Сары на долгие годы. После выхода и триумфа «Призрака» у Сары появились веские основания для записи своего первого диска, который не замедлило выпустить «классическое» подразделение корпорации EMI. Правда, альбом The Trees They Grow So High (1988), состоящий из народных песен, получился несколько блеклым, да и следующий диск The Songs That Got Away, наполненный номерами в духе кабаре 30-х годов, не включается знатоками в золотой брайтмэновский фонд. До начала 90-х основной работой Сары по-прежнему оставалось исполнение звездных арий в мюзиклах мужа. Ей аплодируют зрители в оперных театрах Англии и на подмостках Бродвея. Aspects Of Love, Trelawny Of The Wells, Relative Values, Dangerous Obsession, The Innocents, Carousel – мюзиклы следуют за мюзиклами, вокал Сары по-прежнему пленяет аудиторию, но повторения «призрачного» успеха не получается. А потому Сара вновь возвращается в студию звукозаписи.
Именно тогда, с первых пластинок 90-х к слушателям приходит настоящая Сара Брайтмэн – талантливая многостаночница, сочетающая оперную красоту и изысканность с коммерческой простотой и завораживающим слушателей медоточием голоса. Записаться с ней считают за честь Пласидо Доминго, сопровождавший ее в турне по Японии, Хосе Каррерас, рука об руку с Сарой открывавший Олимпийские игры в Барселоне в 1992 году, а также многочисленные деятели поп-сцены – например, вечнозеленый Клифф Ричард. Не забывает Сара и о муже, выпустив два альбома с его лучшими композициями (песни со второго из них, Surrender, звучали в ее исполнении и под сводами Концертного зала имени Чайковского в Москве). Однако в 1995 году ее сотрудничество с Эндрю Ллойдом Уэббером, равно как и их супружество, подходит к логическому концу, продлившись почти 15 лет. Во многом это символично – теперь Саре не нужно было ничье покровительство, наоборот, теперь уже она, прикасавшись своим волшебным голосом к любой песне, превращала ее в чистое золото. Впрочем, без покровительства и тут не обошлось. Если своей оперной карьерой Сара была обязана Уэбберу, то славу поп-звезды ей принес на блюдечке другой талантливый композитор и продюсер – Фрэнк Петерсен. Его имя знакомо поклонника «мистической музыки» по проекту Enigma, который Фрэнк поднимал вместе с Михаэлем Крету и его женой Сандрой, а также по его собственному проекту Gregorian. Эта встреча была неизбежна – Фрэнк явно мечтал отправиться в путешествие по дороге, проторенной его другом Крету, который ухитрился вырастить самую мистическую певицу нашего времени из скромной солистки разудалой диско-группы «Арабески». Из Сары же и вовсе не нужно было ничего выращивать, музыка и мистика в ее песнях шли рука об руку еще со времен «Призрака». И единственное, что должен был сделать Петерсен, это не упустить ту волшебную потусторонность голоса Брайтмэн, которую подарила ей природа, а, наоборот, позволить ей расцвести пышным цветом. Итог работы «садовника» Фрэнка мы можем увидеть в прозрачном, воздушном альбоме Dive, получившем, как и все работы Сары, платиновый статус. Ее дальнейший творческий путь описывать нет нужды – четыре новых диска, каждый из которых побывал на первом месте американских и английских хит-парадов. Альбом Time To Say Goodbye, включающий одноименный дуэт с Андреа Бочелли, продержался на нем аж 34 недели!
Новая пластинка Сары Брайтмэн La Luna, вышедшая в начале весны на EastWest Records и оперативно перепечатанная у нас, производит самое благоприятное впечатление, начиная с обложки, выдержанной в нежно-голубых тонах и эдаким ангелоподобным созданием среди облаков (в роли ангела – сама Сара Брайтмэн), и до содержимого, которое, к слову сказать, в этот раз содержит не более 35% чисто оперных вещей (ну, там, с симфоническим оркестром и прочими изысками). Какое-то время назад найдя свою нишу, Сара использует приемы, удачно сработавшие в предыдущие разы: чтобы пластинка адекватно воспринималась публикой, надо чуть-чуть подстроить звучание под усредненно-европейские тенденции, витающие в общественном сознании на данный момент времени. Но! Сара Брайтмэн не стала бы известной Сарой Брайтмэн, если бы вдобавок к своему чарующему голосу не имела бы того потрясающего чувства такта и гармонии, позволяющего ей много лет выпускать альбомы, встречающие благодатный прием и у слушателей, и у критики. Насчет критики точно сказать не беремся, но как слушатели можем рекомендовать эту пластинку всем, кто любит, скажем, Enya, да хоть бы и последние акустические проекты Ричи Блэкмора. Что касается содержания, есть здесь и мягкий блюз, исполненный, правда, под тот самый оркестр, и нежная баллада в духе Kate Bush, и так называемая World Music (a-la Enigma), и не совсем обычное прочтение «Аллегретто из 7-й симфонии» Людвиг Ван Бетховена. То есть альбом ничего принципиально нового не содержит, а в целом получился весьма неплохим. Во всяком случае, поинтересней некоторых предыдущих. Лучше всего попробуйте сами разобраться, в чем тут дело.
Symphony: Live In Vienna Вполне закономерно, что именно эта видеопрограмма главной мировой звезды стилистики classic crossover создала нетипичнейший прецедент для современных отечественных СМИ, будучи показанной едва ли не в момент издания DVD на телеканале «Культура». На самом деле, даже этот факт – заявление о том, что никакого более ультимативного творения в немалой видеографии Сары Брайтман просто не имеется: на самом деле Symphony – Live In Vienna роскошен во всех смыслах, какие только применимы к завершенному коммерческому DVD-продукту – начиная от подбора материала и заканчивая дизайном, не говоря уж о качестве исполнения, продюсирования и видеомонтажа. Понятно, что идея постановки концерта в соборе наверняка повлекла за собой необходимость стопроцентной перезаписи аудиоматериала – но игра стоила свеч в смысле зрелищности. Когда декорацией являются исторические интерьеры, а сценические наряды Сары и ее музыкантов намекают на «модную готичность», – рядовой слушатель, которому в большом мире адресован этот DVD, устоять не может. Бонусом же для отечественного зрителя служит выступление партнером Сары в арии Phantom Of The Opera вокалиста Manfred Mann’s Earth Band Криса Томпсона, участвовавшего в записи студийного альбома Сары Symphony.