![](/images/stories/photo/zanov.jpg)
Биография
Zanov – один из первых музыкантов-новаторов в мире электронной музыки во Франции.
Его музыкальная личность сформировалась благодаря сочетанию научной подготовки, одержимости воображением далёкого будущего и отказу от музыкальных ограничений прошлого.
В 1975 году он открыл для себя синтезатор и провёл увлекательный год, экспериментируя со звуками и новыми звуковыми структурами на VCS3.
Он создал свою домашнюю студию, совмещая своё время с работой компьютерного инженера, которую он постепенно дополнил другими легендарными синтезаторами, ARP 2600, RMI или Korg PS 3300. Его установки сложны, но научные знания позволяют ему овладеть техникой того времени.
Он выпустил 3 альбома (1977, 1978 и 1983 годов) на лейбле Polydor & Solaris. Три альбома, единодушно отмеченные критиками как за качество звучания, так и за уже ставшую очень индивидуальной вселенную.
В это время Занов дал несколько концертов, в том числе в парижском Golf Drouot, Laser Olympia и Планетарии. Именно в 1980 году он начал работу над 4-м альбомом, но, не имея достаточно времени, в 1983 году решил оставить своё увлечение, взяв обещание когда-нибудь возобновить его…
Это то, что происходит в 2014 году. Он приобретает синтезатор Arturia Origin, оцифровывает все заброшенные в 1983 году кассеты, модифицирует их и дополняет, чтобы воссоздать звуковую среду. Спустя 34 года работы над Virtual Future, альбом наконец-то вышел в свет.
Восстановив связь между прошлым и будущим, Занов начинает 2015 год с большим количеством музыкальных и звуковых идей в голове. Он решает приобрести синтезатор Access Virus TI в дополнение к Arturia Origin и приступает к сочинению нового альбома.
Он сочиняет самостоятельные, более короткие произведения, основанные на разных и оригинальных идеях, но в которых мы находим колорит его музыки. Все звуки он создаёт в соответствии со своими эмоциями, уделяя особое внимание их сочетанию и эволюции. 2015 год Занов заканчивает микшированием своего 5-го альбома Open Worlds.
Затем он дополнил своё оборудование микшерным пультом Arturia MatrixBrute и приступил к концертному периоду, после чего приступил к работе над 6-м альбомом Chaos Islands, который выйдет в 2020 году.
Для этого альбома Занов нашёл своё вдохновение в «Теории Хаоса», которая уже очень давно направляет его мышление… Как очень простые правила, не содержащие ничего случайного, могут создавать очень сложные системы, которые имеют совершенно непредсказуемые результаты? Исходя из этой идеи, он сочиняет музыку, одновременно простую и сложную, упорядоченную и непредсказуемую, из которой рождаются красота, эмоции и сюрпризы на грани хаоса.
И вот в 2023 году, на заре его 76-летия, рождается новый альбом Lost in the Future, который является музыкальным переводом его вопросов о будущем.
Этот новый альбом отражает слияние технологического прогресса и человеческого опыта, создавая пленительный сплав футуристических звуков и мелодичных элементов. Он вызывает чувство приключений, неопределённости и загадочности того, что ждёт нас впереди.
Green Ray олдскульная аналоговая электроника, теплый ламповый звук, секвенсорные пульсации и свип-волны пэдов – для поклонников интеллектуально-электронного винтажа альбом начинается просто неотразимо. Формат подобран тоже беспроигрышно: два трека по 10 минут на стороне А и 20-минутка на стороне Б. Сперва автор спокойно упражняется в контролируемой импровизации на основе базового тона безо всяких модуляций и альтераций. Во втором треке, Machine Desperation основной тон перестает быть константой посредством непринужденного вращения ручек контроллеров, а в приглушенном саунде действительно появляются настроения тревоги и безнадеги. В длинной Running Beyond a Dream на первый план выходят каскады электронно-звуковых эффектов в сопровождении легкого ревера – по-моему, это идеальный орнамент для старорежимных аналоговых синтов, прям вот то, что надо. Такой вот научно-фантастический саундтрек про передовые достижения тогдашней науки, которая в халатах и роговых очках. Космос, квантовая физика и загадки Вселенной в чуть менее чем 40 минутах «Зеленого Луча».
Moebius 256 301 три 3-минутных наброска на скорую руку и две солидных пьесы 12 и 19 минут соответственно. Удивительно, но начало первого скетча, Moebius 256 – самый натуральный house, постепенно обрастающий ретро-электронной аранжировкой. В Moebius 301 уже нет никакого хауса – лишь простенькая мелодическая секвенция в научно-фантастической аранжировке. Этакая незатейливая minimal-«берлинка». Следующий за ним этюд Enygma несколько странен – у него совсем неальбомное настроение, растрепанно-лохматая аранжировка, по-моему, Пьер пытался, что называется, на скорую руку зафиксировать пришедший на ум мотивчик. Внимание он на себя обращает, но получилось как-то несимпатично. Куда более обаятельна 12-минутная Plenitude, продолжающая витиеватую стилистику Running Beyond a Dream с предыдущего альбома, космичность, легкая кривизна и упоение аналоговым электронным звучанием. Заключительный пространный трип An Zero уносит слушателя еще дальше в том же направлении – поначалу не спеша, но постепенно набирая темп, и затем словно выбрасывая его – слушателя – в электронно-психоделическое пространство, заполненное звуковыми эффектами и разорванными цепочками нот. В последних трех минутах начинается ровный легкий ритм, который упорядочивает и выравнивает все происходящее, подталкивая пьесу к неизбежному финалу из пульсаций и гулких пространственных свипов. В общем, такой вот, довольно разнообразный и нескучный альбом, которому несколько не хватает профессиональности, но с избытком достает искренности и драйва. Душевная и вдохновенная sci-fi-электроника золотой синтезаторной эпохи.
In Course of Time альбом получился более структурированным, а композиционные формы обрели здесь некую законченность. Ну и, конечно же, здесь повсюду слышна космическая электроника на теплом ламповом саунде – при том, что музыка как раз довольно-таки абстрактна и холодна. 5-летний перерыв явно пошел автору на пользу – музыка написана с полным знанием дела, сохранены стиль и почерк, чувствуется основательность в подходе к делу. Здесь уже нет набросков, хотя короткий психоделический этюд Infinitude все еще несколько аморфен. Зато все остальные треки все как на подбор хороши – лаконичная мелодика, упорядоченное засилье арпеджиаторов, упорядоченные пилы, пульсы и синусы в красивом гармоническом окружении, и какая-то общая обаятельность, уютно-неземная атмосфера загадок, неизученностей и далекого космического далека. Звучащий в финале трек Sky Energy – попадание в самую «берлинскую» мякотку, квинтэссенция старорежимной интеллектуальной электроники, которой Пьер не пренебрег поделиться со своими, сравнительно немногочисленными слушателями. Замечательный альбом!
Virtual Future затяжной вояж Занова в болото повседневности наконец-то закончился, всю офисную работу не переделать, а черновички, начатые аж в конце 1970-х гг., все эти годы тихонько, но настойчиво требовали завершения и раз Пьер не успел «до», то он успел «после» – после выхода на заслуженную пенсию на седьмом десятке лет. Что ж, в случае с Зановым определенно лучше поздно, чем никогда. Пауза длиной в 32 года, выдержанная после «Тока Времени», слышна невооруженным ухом: цифра не смогла в полной мере заменить аналог, звучание стало более строгим и холодным, legato и portamento уступили место tenuto. А вот почерк остался прежний, не-модерновый. Кстати сказать, очень правильно, что здесь нет никакой поэзии, никакого spoken word, потому как музыка вполне самодостаточна. Автор больше не разменивается ни на короткие пьески, ни на стайерской длины композиции – здесь слушателя ждут 7 треков длиной от 4 до 10 минут. Музыка «Виртуального Будущего» показалась мне более флегматичной, чем на прежних альбомах, и менее запоминающейся – даже после нескольких прослушиваний в памяти остаются скорее общие впечатления, нежели какие-то конкретные мелодии и фрагменты. И вот с точки зрения общей атмосферы альбома впечатления остаются довольно приятные – электронная архаика, сдобренная искренностью и многолетней выдержкой, воспринимается как-то по-особому благостно. Все-таки очень немногие музыканты хоть нынешней, хоть той поры позволяли себе не записываться без особой на то необходимости и можно только позавидовать дядюшке Пьеру, который когда-то давно успел застолбить за собой скромное место на полках слушателей, и вернулся к ним только по окончании всех остальных житейских миссий. Вернулся неплохо, не потеряв лица и сохранив для слушателей то, что по-английски называется vibe. А по-русски: не ностальгия ли это?
Интервью
Привет, Пьер! В Интернете было много недостоверной информации и предположений о том, как вас зовут на самом деле, поэтому не могли бы вы представиться читателям нашего форума klem.ru?
Меня зовут Пьер Салказанов. Я родился в Париже в 1947 году.
Есть ли у вас какие-то связи с Россией?
Да, мой отец был родом из Осетии.
Это любопытно. Не могли бы вы рассказать нам о своем пути к электронной музыке?
Это долгая история. Я начал играть на фортепиано с шести лет, но меня учили музыке в старомодном духе. Обучение не имело ничего общего с пониманием магии инструмента или эмоционального воздействия его звука. Я должен был играть по нотам. Учительница музыки у меня была строгой: за каждую ошибку била линейкой по пальцам, ну а если урок шел не столь плохо, то у меня появлялся шанс получить кусочек шоколадки. В итоге затем в течение длительного времени я просто ненавидел играть на фортепиано. Символом свободы для меня была электрогитара. Когда мне исполнилось 17, я купил свою первую электрогитару. Я не мог позволить себе индивидуальные занятия. Нас было четверо парней, и мы брали коллективные уроки игры на гитаре. Разучивали популярные песни в разных стилях, включая рок-н-ролл. Один из ребят хотел создать группу, чтобы исполнять музыку The Shadows. Так мы и начали выступать, и стали исполнять поп-хиты тех лет на дискотеках и в танцзалах. Группа распалась в 1969 или 1970 году. После этого я продолжал играть на гитаре, экспериментировал для себя со звучанием, но без особого успеха. В 1975 году мне довелось совершить деловую поездку в Лондон. Там я посетил магазины музыкального оборудования и впервые открыл для себя синтезаторы. Во время той поездки я познакомился с Сержем Рамсесом (Serge Ramses). Он разбирался в синтезаторах и специально приехал в Лондон, чтобы приобрести себе один из них. Когда мы вернулись во Францию, Серж открыл для меня музыку Клауса Шульце и Tangerine Dream. Мне больше понравились Tangerine Dream, особенно их альбом Ricochet. Потом мы встречались в 1976 году и даже играли несколько раз вместе.
Что произошло с Сержем Рамсесом после выхода его альбома Secret (1978)?
Мне это неизвестно. Когда я видел Сержа последний раз, у него были большие неприятности с продюсером. Потом я потерял контакт с ним.
Расскажите, пожалуйста, о работе над своим первым альбомом Green Ray.
После того, как я вернулся в Париж из Лондона, в 1975 году я купил свой первый синтезатор VCS3. Это изменило мою жизнь музыканта-любителя. Инструмент дал мне возможность вырваться за пределы привычной тогда музыки. Свой первый альбом я сочинил и записал, играя только на VCS3. Бесконечно экспериментируя с инструментом, я вскоре осознал, что мне необходимо понять основы синтеза звука. В то время я работал инженером компьютерного дизайна, и это здорово помогло мне. Ведомый собственными эмоциями, я стал играть и сочинять в более свободной и плавной манере, чем прежде. Я завершил альбом Green Ray в 1977 году. Пришло время опубликовать его и выбрать себе сценический псевдоним. Я сел со своим менеджером, и мы стали думать. Поскольку в то время на работе у меня было прозвище Салка, то мы решили, что Занов будет подходящим артистическим именем.
Расскажите о своих синтезаторах и о своем подходе к созданию музыки.
Я воспринимал себя скорее как музыканта, работающего со звуками (sound player), чем как клавишника. Я часто использую клавиатуру, чтобы контролировать параметры звука, а не для того, чтобы играть ноты. Ничто не может сравниться с тем чувством удовлетворения, когда ты создаешь и играешь с целым массивом уникальных звуков, затрагивающих человеческие эмоции. После завершения первого альбома я купил синтезатор ARP 2600 с секвенсором ARP, гармонический синтезатор RMI, полифонический синтезатор Korg PS3300. Я произвел некоторые изменения в оборудовании, чтобы соединить Korg c ARP 2600. Тогда я мечтал купить большую систему Moog, но цена была неподъемной.
Кем был Ален Гросс (Alain Gross)?
Я познакомился с ним в 1976 году. Ален услышал промо-запись Green Ray. Гросс искал электронного музыканта, который смог бы аккомпанировать продюсируемому им певцу. Слово за слово, и в конце 1976 года Ален предложил продюсировать мою музыку. Он проработал со мной по контракту пять лет до того момента, как был завершен альбом In Course of Time.
70-е годы были временем интересных изменений во французской музыке. Для слушателей моего поколения, для тех, кто были школьниками и студентами в первой половине восьмидесятых, французская музыка была по большей части электронной. Мы слушали Жарра, Space, Rockets. Как вы ощущали себя в этом контексте – общались ли вы с другими электронными музыкантами, чувствовали себя частью этого движения или скорее ощущали себя как одинокий свободный художник?
Знаете, я не очень хороший слушатель. Когда я слушаю музыку, то начинаю анализировать, как созданы звуки и как построена композиция, поэтому, как правило, слушаю ту или иную вещь только один раз. Лично я встречался лишь с единичными электронными музыкантами, да и то случайно – как с Сержем Рамсесом. Мне так комфортнее. Мне не нужно контактировать с другими музыкантами, чтобы подпитываться и обмениваться новыми идеями. У меня слишком много собственных. Это дает мне возможность сохранить собственный уникальный стиль без соблазна копирования стилей или техник игры, используемых другими.
Давайте поговорим о вашей работе над следующими альбомами.
Green Ray, Moebius 256 301 и In Course of Time – все они были записаны на маленьком четырехдорожечном магнитофоне TEAC. На две дорожки я записывал основные партии, причем играл их вживую. Каждый фрагмент альбома приходилось многократно перезаписывать. Ну а затем на остальные две дорожки я уже отдельно накладывал звуковые эффекты и дополнительные инструментальные партии. Для меня самой продвинутой в техническом плане работой стал альбом In Course of Time.
Почему не был выпущен ваш четвертый альбом Nous Reprenons Notre Avenir?
У меня возникла идея концептуального альбома с чтением поэзии, вплетенным в музыку, и с голосом, прошедшим обработку на вокодерах и синтезаторах. Частью альбома должны были стать видеообразы. Я начал работу над этим проектом во второй половине 1979 года. Почти все выходные проводил в студии видеозаписи. Там был исследовательский отдел с аналоговым видеосинтезатором EMS. К сожалению, этот восхитительный опыт завершился в конце 1979 года, поскольку студия избавилась от видеосинтезатора и закрыла исследовательский отдел. В 1983 году моя основная работа компьютерного инженера стала требовать больше времени, поскольку я выполнял больший объем задач. Изменилась и моя личная жизнь: я стал отцом. Не оставалось времени, чтобы я мог посвятить себя созданию музыки в прежнем объеме. Пришлось сделать тяжкий выбор: я должен был надолго отойти от музыкального творчества. Однако в то же самое время я обещал себе, что обязательно вернусь к музыке в будущем.
Ну вот мы и подошли к вашему новому альбому – Virtual Future.
Да. В 2013 году приблизилось время моего ухода на пенсию, и я стал готовиться к возвращению в мир музыки. Сложность заключалась в том, что в 1992 году я распродал все свои винтажные синтезаторы, питая надежды, что в будущем, когда я вернусь к созданию музыки, техника уйдет далеко вперед, и будут созданы новые и гораздо лучшие образцы. Если бы я мог вернуть свое старое оборудование! Стал подыскивать инструмент среди современных синтезаторов и остановил выбор на Arturia Origin, который больше всего отвечает моим требованиям. Однако, несмотря на то, что это отменный инструмент, все-таки Arturia Origin не дает мне возможности работать с той же степенью свободы и гибкости, как винтажные синтезаторы в былые дни. Затем переслушал свои записи для альбома Nous Reprenons Notre Avenir, которые так и не сложились в завершенную работу, удовлетворявшую меня по качеству. По прошествии стольких лет выбранные мною поэтические фрагменты показались мне невразумительными. Однако же основа альбома сохраняла потенции для развития. Я сделал ремикс и принялся дорабатывать альбом. Оригинальная запись была выполнена на 8-дорожечном магнитофоне, поэтому я оцифровал ее и доработал детали при помощи Pro Tools. На этом этапе я активно использовал синтезатор Arturia Origin. За доработкой альбома пришлось провести много долгих часов, и в итоге микс был доведен до ума. Результат, конечно же, сильно отличается от того, что получалось 30 лет назад.
Будут ли три ваших первых альбома переизданы на CD или для скачивания?
Спрос на них ощутим, и я намерен переиздать их на CD и для скачивания. Я уже начал работу над выпуском In Course of Time, и если все пойдет хорошо, то он увидит свет в начале-первой половине 2015 года. Мне хочется, чтобы музыка звучала качественно, поэтому я провожу оцифровку и ремастирование с исходных мастер-лент. Два первых альбома, возможно, выйдут позже. Ну а пока, как вы знаете, вы можете слушать их на Youtube.
Стоит ли нам ожидать от вас новой музыки?
Конечно же, да. Я намерен выпустить новый альбом ближе к концу 2015 года. Мне еще нужно докупить новые синтезаторы в дополнение к Arturia Origin. Правда, я еще не остановил свой выбор ни на одном. Что касается стиля альбома – то пока не знаю сам. У меня слишком много идей, и я не знаю, какие из них выстрелят, когда начну работу над альбомом.
Спасибо герцогу Альба (klem.ru) за интервью и 121 (klem.ru) за аннотации к альбомам.
Интервью 2
В преддверии выхода нового альбома Занов дал интервью для klem.ru
Здравствуйте, Пьер! Со своим новым альбомом Open Worlds (Открытые миры) вы, словно космический десантник, который вернулся на Землю из долгой экспедиции, полный новых впечатлений. Вас с восторгом приветствовала публика на фестивале @ E-Live 2015. Каковы ваши впечатления от столь долгожданного возвращения на электронную сцену? Как вы себя ощущаете в мире современной электронной музыки? Изменилось ли существенно ваше восприятие электроники?
Я с трудом мог предположить, что так много людей помнят меня и любят мою музыку. И я был весьма удивлен столь теплым приемом публики на E-Day 2015. Я очень хорошо пообщался и с фэнами и с музыкантами (причем в данном случае обе ипостаси зачастую совпадали). Ответил на сцене на вопросы Рона Боутса по поводу Virtual Future. Это вдохновило меня и мотивировало для дальнейшей работы. Что касается современной электронной музыки, то EDM – самый популярный жанр, и очевидно, что я – не в этом тренде. Я пишу ту музыку, которую я чувствую, не думая ни о каких трендах. Я создаю свои собственные звуки, одушевляю их, развиваю, комбинирую – в общем, создаю музыку так, как я ее чувствую. Для меня каждая песня (композиция) – это фрагмент жизни, с ее эволюцией, этапами развития, сюрпризами, порядком и хаосом, опасностями и случайностями. И точно также я видел свою музыку 40 лет назад. Главное различие – это масштабы времени. Теперь мои вещи (и сами композиции, и все их элементы: секвенции, звуки, мелодии) стали короче и эволюционируют они быстрее. Именно так я ощущаю свою музыку сегодня.
В своем предыдущем интервью нашему сайту вы рассказали, что продали свои винтажные синтезаторы и приобрели новый Arturia Origin. С вашей точки зрения, удалось ли вам воссоздать ваше старое звучание на новом альбоме, или современная техника не оправдала ваших ожиданий?
Кроме Arturia у меня был еще синтезатор Virus TI, и я использовал оба инструмента на новом альбоме Open Worlds. Лишь один новый трек Electric Dust Field был записан только при помощи Arturia Origin. С помощью Arturia Origin я могу создавать те же звуки, что и раньше, кроме тех, кои я прежде делал на синтезаторе RMI Harmonic методом аддитивного синтеза (аддитивный синтез – метод получения сложного тембра сложением различного количества простых волн). Главное отличие – легкость работы. Хорошо то, что теперь я могу сохранить все созданные звуки и доработать их, когда необходимо. Плохо то, что теперь гораздо меньше кнопок и переключателей, которые позволяют комбинировать звуки вживую. Я выбрал два этих синтезатора, поскольку они очень эффективны в плане совместимости, а это качество важно для меня в процессе создания новых звуков. Origin снабжена графическим интерфейсом для работы с модулями, а на Virus есть матричное меню, и оба они предоставляют доступ сразу ко многим параметрам.
Музыка на вашем новом альбоме, Open Worlds, очень визуальна, альбом полон научно-фантастических образов – «Волшебная область» (Magical Area), «Долина роботов» (Robot Valley), «Сигнал из алмазной пустыни» (Signal from Dimond Desert). Что послужило источником вдохновения для новой музыки?
Источник очень прост, и это сами звуки, комбинации звуков. Они приходят ко мне в любое время, иногда даже ночью я ощущаю их внутри себя.
Расскажите немного о главной идее, концепции вашего нового альбома.
Он очень отличается от «Виртуального будущего». Для того альбома у меня была заранее определена тема, музыку тянули за собой слова стихотворения Nous reprenons notre avenir (Мы возвращаем себе наше будущее), связанные с моей озабоченностью тем, что происходило в мире. Мы должны изменить наше мироощущение, мы можем надеяться только на себя, изменяя сознание и окружающий нас мир. Для «Открытых миров» у меня не было никакой предварительной идеи – только красота звуков и композиций, создаваемые ими чувства, проистекающие из множества замыслов, которые я хранил в памяти долгие годы. Каждый трек не имеет никакой связи с другими. Работая над новым альбомом, я держался таких принципов:
- начинать с новых набросков (хотя у меня до сих пор есть ранние неопубликованные композиции);
- делать новые композиции покороче;
- каждый трек должен основываться на новых идеях: звук, структура, композиция. Я подумал, что единство альбому будет придавать только мое авторство и мой узнаваемый стиль;
- начинать работу с нескольких музыкальных и звуковых идей. Самым сложным оказалось совместить эти идеи;
- при создании звуков руководствоваться своими эмоциями, не упуская из виду эволюцию и звуковые комбинации.
Можем ли мы называть вашу новую музыку космической? Понимаю, что ваш способ общения с миром – музыка, а не слова, но, тем не менее, я задам вам такой вопрос. Как вы думаете, почему мы так зачарованы идеями Космоса, космических путешествий, контакта? Как воображаемый Космос в вашей музыке соотносится с реальным Космосом вокруг нас? Ваша музыка – это своего рода Утопия, побег из реальности, или вы надеетесь изменить своего слушателя в нашем реальном мире?
Да, вы можете называть мою музыку космической. По крайней мере, так она называлась в 1976 году, когда вышел альбом Green Ray (Зеленый луч). Я – из среды ученых, поэтому всегда был внутренне настроен на тематику, связанную с будущим человечества. Космос будет самым важным измерением нашего будущего. Конечно, хотелось бы совершить путешествие во времени и увидеть, как будет выглядеть мир через миллионы лет после нас. Думаю, что все это, пусть и не напрямую, отражается в моей музыке.
Музыка «Открытых миров» многомерна, и мне кажется, что она требует от слушателя большего внимания и сосредоточенности, чем музыка «Виртуального будущего». Какие рекомендации вы могли бы дать своим слушателям? Лучший способ слушать мою музыку – это…
На новом альбоме больше звуковых слоев, более сложные звуки и больше звуковых событий. В зависимости от того, насколько вы сфокусированы, вы можете расслышать разные детали в одной и той же композиции. Слушайте на удобном для вас оборудовании – неважно, через динамики или в наушниках, но достаточно громко, чтобы расслышать детали звуковой картины.
Еще один вопрос по поводу «Виртуального будущего». Его звучание в большей степени было создано на старых синтезаторах или на новых?
Можно сказать, что приблизительно на три четверти это старые звуки, и на четверть – Arturia Origin.
Каждый год в Европе происходит несколько фестивалей электронной музыки. Не хотелось бы вам выступить на одном из них вживую?
Да, такая мысль у меня есть, а вот четких планов пока нет. Если бы я играл на концерте, то мне хотелось бы играть полностью вживую, чтобы выразить себя в режиме реального времени. Технология, которая позволяет это сделать – Alberton Live. У меня есть эта программа, я изучил ее, но мне нужно понять, как применить ее в своей музыке. Я не использую midi, я использую только свои собственные звуки, созданные на своих синтезаторах, а затем я их развиваю, комбинирую. Мне также будут необходимы для выступлений дополнительные синтезаторы. Я жду, когда «Артурией» будет выпущен Matrix Brute, который может мне подойти. В любом случае, в ближайшие месяцы я склонен сосредоточиться на дистрибуции и раскрутке «Открытых миров», а потом начну экспериментировать с тем, как можно сыграть свою музыку вживую.
Будете ли вы продолжать выпускать новую музыку, и будут ли переизданы на CD альбомы Green Ray и Moebius 256 301?
Green Ray сейчас ремастируется в Австралии с пленок-премастеров. Осенью он должен быть издан лейблом Groove Unlimited. Moebius я постараюсь переиздать в 2017 году.
Спасибо за интервью, Пьер!
Спасибо Славе Савинову (klem.ru) и 121 (klem.ru) за вопросы, а также zAp (klem.ru) за помощь в переводе.
Дискография
1977 Green Ray
1978 Moebius 256 301
1983 In Course of Time
2014 Virtual Future
2015 In Course of Time [remaster]
2016 Open Worlds
2020 Chaos Islands
2023 Lost in the Future
DVD
2017 Live at SynthFest France 2017
Ссылки
http://www.zanov.net/ – Официальный сайт